Последняя пристань
Эссе о спектакле Евгения Гельфонда «Русский огонёк» в Новом Художественном театре, показанном в рамках «Лаборатории театральной критики»
Поэзия способна служить пристанью, где можно осмыслить прошедшую жизнь, поразмышлять о вечном, потому что она останавливает счёт времени, позволяет никуда не торопиться. Именно такой поэзия и предстаёт в спектакле Евгения Гельфонда «Русский огонёк» по стихам Николая Рубцова.
Спектакль начинается с того, как в зрительском проходе появляется Александр Майер, исполнитель главной роли. Сам актёр является исследователем русской поэзии на театральной сцене, в частности творчества Сергея Есенина, хотя также у него есть моноспектакль по Пушкину. В программке спектакля по Рубцову он обозначен как Исполнитель, хотя на деле актёр воплощает лирического героя, возникающего напрямую из текстов поэта. Этот герой — опытный человек, уже прошедший свой земной путь. Сценическое пространство, в которое он входит, представляет собой небольшой причал, состоящий из досок и небольшого столба с колоколом (в морской терминологии — рында), в который нужно позвонить, чтобы подать сигнал о прибывающем или отбывающем судне. Вход на этот причал обозначен надгробным крестом, обозначающим это место как находящееся за пределами мира живых. Художник-постановщик Елена Гаева создаёт некий промежуточный пункт, на котором герой может осмыслить всю свою судьбу и век, на который она выпала.
Перед входом на причал герой достаёт из чемодана, с которым пришёл, портреты Пушкина, Лермонтова, Достоевского и Есенина. Почему именно их режиссёр решил вывести в спектакле? Предположу, потому что все они в своём творчестве особое место отводили осмыслению судьбы Родины: Пушкин — в «Капитанской дочке», Лермонтов — в «Бородино», Достоевский — в «Бесах», Есенин — во всей своей лирике. Именно с последним из перечисленных авторов у Рубцова больше всего сходств: темы природы и родного края в творчестве, трудная судьба, ранняя смерть. Однако всех этих писателей также связывает то, что они в своих произведениях много изучали душу человека, его внутренние страсти, переживания. Это главное и в творчестве Рубцова: многие его произведения посвящены переживаниям простого русского парня, что также сближает поэта с Есениным. Гельфонду важно показать сходство поэта со всеми главными классиками, чтобы передать связь между поколениями, когда новый художник становится продолжением великих.
Главный герой, оказавшись на причале, вспоминает собственную жизнь, начиная со стихотворения «Детство», — о годах, проведённых в детском доме, в котором Рубцов оказался во время войны после смерти матери. Не самая простая судьба, но Майер эти строчки произносит с улыбкой, с теплотой говорит о том, как дети радовались победе над Гитлером. Так задаётся настроение всему спектаклю. Здесь нет надрыва, драматического исступления, а есть спокойствие и внутреннее тепло, с которым персонаж взирает на прошлое.
Ключевой деталью костюма героя является тельняшка. Возникает она из-за его главной страсти — моря. Ещё в юности он хотел стать юнгой, что, однако, получилось не сразу (позже герой попадает на корабль, обретая своё самое большое счастье). Именно из этого и появляется образ причала в спектакле — из стремления персонажа к водной стихии, представляющей как опасность, так и и гармонию, которой герою не хватает на суше. Ища покой и способ залечить раны, герой Рубцова нередко находит его с бутылкой в руках. Таким был и сам поэт, которого пагубная привычка употреблять спиртное привело к роковой ссоре с возлюбленной.
За час двадцать Александр Майер рождает в зале чувство гармонии и уюта. Он превращает место между земным миром и миром мёртвых в настоящее пристанище и для живых странников. Здесь можно согреться, отдохнуть, подумать о самом сокровенном. Именно благодаря актёру причал, на первый взгляд лишённый жизни, наделяется ею сполна. Здесь светит тот самый «Русский огонёк», который так всем необходим.
Но рано или поздно любой огонёк погаснет. И вот герой заканчивает свой рассказ, бьёт в колокол, чтобы за ним прибыл паром и отвёз на тот свет. После этого звона наступает полная темнота, ведь то, что будет дальше, нам уже не дано понять. Жизнь прошла, но душа продолжила свой путь. Огонька больше нет, но его тепло надолго останется с нами.
