Человек-театр

Текст посвящён и дню памяти этого уникального человека — он родился и ушёл из жизни в один день.

Материал создан благодаря актёрам Театра имени С. В. Образцова Ирине Осинцовой и Владиславу Михайлову, а также художнику Анне Львовой, которые уделили мне время и рассказали о своих судьбах, переплетённых с судьбой Андрея Денникова.  

Человек-оркестр — так называют мастера во многих областях. Андрей Денников был человеком-театром, обладая широчайшим диапазоном знаний и умений в самых разных сферах искусства. Его театр — смешение драмы, кукловождения, танца и музыки. Его внутренний мир — космос идей, творческих планов и художественных образов. Сегодня мы вспоминаем Андрея Денникова, чтобы вдохновиться его кругозором и мощнейшей созидательной энергией.

Андрей родился 17 марта 1978 года в Москве. В детстве занимался народными танцами в хореографической группе БДХ (Большого детского хора. — Прим. ред.), пел на клиросе в православной церкви. Поступил в РГГУ на историко-филологический факультет, но в 1997-м отчислился с третьего курса, поняв, что хочет серьёзно заниматься театром. В том же году поступил в ГИТИС на второй курс факультета эстрады, в мастерскую народного артиста СССР Иоакима Георгиевича Шароева.  

Первая кукла маленьким Андреем была сделана под руководством Сергея Владимировича Образцова, на чьи спектакли часто водили Денникова-мальчика. Сергей Владимирович в программе «Спокойной ночи, малыши!» показывал, как можно изготовить куклу Царя из сказки «По щучьему веленью». Андрей повторял: из яичной скорлупы сделал кукольную голову, приделав пластилиновые носик и глазки, паричок из верёвок и корону из фольги, и посадил эту голову на основу носового платка. Получилась его первая перчаточная кукла.

Ещё в школе Андрей, которого одноклассники поначалу невзлюбили за интерес к учёбе и начитанность, начал «приручать» и «причёсывать» свой класс хулиганов, создавая самодеятельные театральные постановки. Силами школьников под предводительством Денникова были поставлены «Каменный гость» А. С. Пушкина и кукольные ширмовые спектакли с тростевыми куклами — «По щучьему веленью» и «Аленький цветочек».

В время обучения в ГИТИСе вокруг Андрея начала собираться группа, состоящая из его однокурсниц Ирины Яковлевой и Ирины Осинцовой, а также театрального художника Анны Львовой и Максима Мишаева, знакомого с Андреем со времен РГГУ. В 1998–2000 годах этот творческий альянс студентов играл свои первые спектакли, которые режиссировал Денников (он же был ведущим актёром), в камерном пространстве культурного центра «На Петровских линиях». Там были поставлены первые варианты «Маленьких трагедий» (моноспектакль Андрея) и «Молодости короля Людовика XIV». Для своей команды Андрей Сергеевич стал проводником в область большого, серьёзного искусства, открыв глубины профессии через призму театра кукол. В 2000 году объединение единомышленников вошло в труппу Театра Образцова. Там, конечно, круг актёров, с которыми работал Андрей, расширился и тем не менее оставался достаточно обособленным союзом с Денниковым во главе.

Символично, что приход молодых, талантливых и очень активных артистов во главе с Денниковым в театр, с трудом принимающий современные веяния, совпал с началом нового тысячелетия. Сергей Образцов ушёл из жизни в 1992 году, и к 2000-му театр уже восемь лет находился в трудном положении: пост художественного руководителя в основном пустовал (в 1994-м его занимал Резо Габриадзе), репертуар практически не обновлялся. Постановки в своей традиционной ширмовой стилистике игрались по кругу, и театр, который при жизни Сергея Владимировича был передовым и модным, постепенно устаревал.  

Спектакли, которые предлагал зрителю Андрей Денников, были совсем другого толка. Работая в синтетическом жанре, объединяя на сцене работу с разнообразными куклами, пение, танец, поэзию и драматический театр, в течение восьми лет он создал тринадцать постановок. Кроме одной из них — «Кот Васька и его друзья» по пьесе Вл. Лифшица (премьера 21 декабря 2001 года), — все они были ориентированы на взрослую аудиторию. Тогда, даже в кругу профессионального сообщества, жил стереотип: театр кукол — это наивное детское развлечение. Своими спектаклями — «Исповедь хулигана» о судьбе Сергея Есенина (2002), «Маленькие трагедии» А. С. Пушкина (2000), «Бери шинель, пошли домой!» (2005) к годовщине Победы в Великой Отечественной войне — Денников доказывал несостоятельность этого штампа. Сегодня соединением жанров никого не удивишь, но в начале 2000-х театр Денникова многими воспринимался как откровение, новаторство, а некоторым даже казался нарушением традиций.  

Андрей Денников был и режиссёром, и главным актёром своих постановок, часто драматургом, автором сценических адаптаций, хореографом и сценографом. Он сам делал большинство своих кукол, свободное время проводил в поиске необходимых тканей и материалов. Работа над спектаклями велась всей его командой — актёрами, художниками, мастерами постановочных цехов. В планах Денникова были и спектакли, в которых он был бы только режиссёром, но не актёром, — эти, как и многие другие, задумки воплотиться в реальность не успели.  

Будучи сам виртуозным кукловодом, Денников скрупулёзно добивался этого и от артистов. Но кукла в «явлении» театра, коим я назову искусство Андрея Сергеевича, не была главным (и единственным) действующим лицом. Она была инструментом создания спектакля, художественным образом режиссёрской мысли наравне с музыкой, вокалом и танцем. Как считал режиссёр, показывать через куклу многие чувства и мысли интереснее, чем через самого себя, живого актёра, — человек на сцене всегда проигрывает кукле эстетически, своей склонностью к созданию характера. Однако для воплощения своих задумок он не всегда выбирал куклу — например, в спектакле «Кармен! Моя Кармен!» по опере Ж. Бизе и новелле П. Мериме Тореадора играл артист балета, солист МАМТа им. К. С. Станиславского и Вл. И. Немировича-Данченко Дмитрий Романенко, для которого хореографом Юлией Канаевой и самим Андреем был поставлен полноценный хореографический номер. 

Режиссёрское сознание Денникова во многом было балетным. С детства он занимался хореографией и чутко понимал специфику, пластику движения. Своё вдохновение он находил в зрительном зале Большого театра, боготворил Майю Плисецкую — её облик послужил прототипом куклы Зинаиды Райх в «Исповеди хулигана» и первых эскизов Кармен для спектакля «Кармен! Моя Кармен» (премьера в Марселе на Фестивале русского искусства, 2003, премьера второй редакции в Москве, 2007). Образ куклы Джильды в «Риголетто» (премьера в Марселе и Москве, 2003) был вдохновлён Галиной Улановой в роли Жизели. Денников был в дружеских отношениях с Екатериной Максимовой, которая после просмотра одной из его постановок сказала: «Андрюша, твоё искусство очень похоже на моё». Стилистически его куклы напоминали балетных танцовщиков, гипертрофируя их профессиональные черты — тонкие талии, удлинённые конечности, вытянутые точёные лица… «Кукла гораздо выразительней, чем тело даже танцовщика, — у неё в теле заложена некая пластичная неправильность с точки зрения анатомии. Если кукла сделана по пропорциям человека, она смотрится уродливо и беспомощно», — так Ирина Осинцова, актриса Театра Образцова, пересказывает образ мысли Денникова.  

Кукольно-балетным спектаклем также можно назвать последнюю постановку Андрея — «Нижинский, сумасшедший Божий клоун» по пьесе Г. Бламстейна (2008). В этой работе судьба танцовщика Вацлава Нижинского вплетена в историю танца начала XX века. Спектакль был наполнен пластическими номерами: балеты «Русских сезонов» уникальным образом перенесли на кукол и другие «предметы» — человеческие руки, балетные пачки… Во многом танцевальной была «Исповедь хулигана»: тут и танец русской красавицы в окружении берёзок, и «свободный» танец возлюбленной Есенина Айседоры Дункан, облик которой воплощён актёром, по сути, «оживлением» отреза белой летящей материи… Не просто танец, а образ танца, философия движения была перенесена Денниковым из мира неосязаемого на сцену Театра Образцова — с помощью кукол, человеческого тела и множества других, весьма прозаичных, предметов.  

У куклы чаще всего нет ног — под юбкой скрыт гапит (тростевая основа). Как же в таком случае показать весьма точные, узнаваемые балетные движения? Например, арабеск или фуэте, которые исполняют персонажи «Исповеди хулигана»? Для этого необходимо так управлять тканью одежды куклы, чтобы зритель видел не реальное балетное движение, а образ этого движения. Знания хореографического языка на практике очень помогали Андрею чувствовать образ классического и народного па. Это же чувство Денников передавал и своим актёрам. Их группа регулярно занималась уроком классического танца в репетиционном зале театра, где были установлены балетные станки. 

Своим режиссёрским сознанием Андрей тяготел к «грандиозному» театру высокой трагедии — не только балетному, но и оперному. Среди его спектаклей есть несколько уникальных постановок в жанре оперно-кукольного искусства — например, «Риголетто» на музыку Дж. Верди и «Волшебная флейта» по В. А. Моцарту (обе — 2005). Обладая широким диапазоном голоса — контратенор, — он часто сам «озвучивал» своих персонажей. Так, в вышеназванной «Кармен! Моя Кармен!» Денников пел за Кармен и Хосе, в «Риголетто» исполнял арии Риголетто, Герцога и Джильды, а в «Волшебной флейте» — Моцарта, Папагено и Царицы Ночи.  

После премьер «Маленьких трагедий» и спектакля «Молодость короля Людовика XIV» по пьесе А. Дюма (2001) его приглашали к себе в труппу многие драматические театры, в том числе и Малый. Андрей отказался от карьеры драматического актёра: «Да кого я там, с моей внешностью, буду играть? Хлестакова — да. А кого ещё?» (если нужно было бы описать внешность Денникова одним словом, я бы сказала «пшеничный»: светлые волосы, славянский тип лица, плотная фигура). Можно спорить о существовании амплуа в современном театре, но нельзя не согласиться: сыграть такой разнообразнейший спектр ролей, какой есть в арсенале Андрея Сергеевича, можно только в театре кукол. Там актёр способен стать кем угодно: от Донны Анны до Скупого рыцаря, от Александра Блока до короля Людовика XIV; можно одновременно сыграть всех помещиков города NN, включая Коробочку, как сделал это Андрей в спектакле «Концерт для Чичикова с оркестром» по мотивам поэмы Гоголя «Мёртвые души» (2006). Здесь можно танцевать балетные и народные номера, петь оперные арии, декламировать стихи и играть полноценные драматические роли. Вся полнота, вся мощь основных направлений театрального искусства, в котором желал находиться Денников, вихрем охватывали актёра и зрителей.  

Платон в своём труде «Законы» сравнивал человека с куклой-марионеткой в руках богов. Нити, которыми человек-кукла связан с божествами, — наши страсти; дёргая за них, высшие силы управляют человеком. Похожий подход к метафизике куклы был и у героя статьи. «Кукла», «марионетка» — эти слова в повседневной жизни имеют очень понятный, отрицательный оттенок: ясно, что слабым человеком управляет более сильный. Этот образ в сочетании с религиозной идеей связи человека и Бога лейтмотивом проходит сквозь постановки Андрея Денникова, где всегда был человек и была кукла. Например, в «Риголетто» Джильда — кукла. В начале истории её судьба находится в руках отца — человека, а потом переходит в руки Герцога Мантуанского — тоже человека. В спектакле «Исповедь хулигана» Есенин присутствует на сцене в обоих обличьях: кукла — внешняя оболочка поэта, а Андрей-актёр — его дух, поэзия, суть.   

С первых своих шагов на театральном поприще Андрей Сергеевич начал преподавать. Ещё будучи студентом РГГУ, он создал театральную студию в ДК «Зюзино», затем организовал студенческий театр в стенах университета, а в возрасте 23 лет открыл детскую театральную студию при Театре Образцова — камерный, немногочисленный коллектив, педагогами в котором работали он и актёры его команды. Владислав Михайлов, ныне музыкант и актёр Театра кукол, рассказывает об Андрее Сергеевиче как о человеке, который привёл его в культуру. На дворе самое начало нулевых; Влад — подросток, учится в обычной школе, «где круто заниматься карате и не круто интересоваться искусством». Случайно, через знакомых, он узнаёт о студии и без особого энтузиазма начинает свои занятия под руководством Денникова.  

В книге Константина Райкина «Школа удивления. Дневник ученика» есть такое детское воспоминание о Корнее Чуковском: «Он что-то нам вслух читал, но не своё. И ни с кем из детей не сюсюкал, будто бы ничего для нас не делал, но как же у него было интересно!» Похожим образом Владислав рассказывает о манере общения Андрея Сергеевича: он относился к своим разнородным ученикам-подросткам как ко взрослым, сформированным личностям, требовал ответственного отношения к занятиям. Самое главное правило в воспитании ребёнка — обращать на него внимание, интересоваться им самим, его внутренним миром и способностями. Денников интересовался именно личностью своих учеников, открывая, прежде всего им самим, глубины их натуры. Дети разносторонне знакомились с театром — изучали сценическое движение, ставили этюды, развивали речь, участвовали в массовке спектаклей Денникова (например, в «Шутовской комедии о Тиле» по пьесе Г. Горина, 2002). Удивительно, что самому Андрею на момент организации детской студии было 23 года. Владислав Михайлов пришёл к нему в 14 — они были людьми одного поколения. «Но Андрей создавал впечатление полностью взрослого, уже много раз взрослого человека», — вспоминает Михайлов.  

Судьба Андрея Денникова вспыхнула ярким огоньком, но так же быстро потухла. Наверное, у всех людей есть определённый запас энергии. Кто-то в молодости работает так интенсивно, что сжигает весь отпущенный им ресурс раньше срока. В первые свои «горячие» годы в Театре Образцова Андрей Сергеевич выпускал по три премьеры в сезон — это колоссальная нагрузка. В 2005 году прямо на сцене во время первого акта «Исповеди хулигана» у Денникова случился инсульт. Спектакль актёр доиграл, врачи скорой помощи дежурили в кулисах. Потом в больнице удивлялись: в таком состоянии не то что играть и танцевать — говорить люди не могут! Но остановить спектакль для Андрея не виделось возможным. После инсульта его ждало долгое восстановление. В ближайшие три года он выпустил ещё четыре спектакля, но подорванное здоровье давало о себе знать — прежнего темпа он выдержать уже не мог. В 2011 году автобус, в котором труппа ехала на гастроли в Калининград, попал в аварию. После этого актёру пришлось оставить сцену — вслед за аварией последовали второй инсульт и долгая болезнь. Скончался Денников в 2014 году в день своего 36-летия.  

Сегодня мы вспоминаем яркого человека, который своим существом был самим театром. Лучшие слов о таких людях говорят произведения искусства, ими созданные: чтобы почувствовать душу Андрея Денникова, надо смотреть его спектакли. К сожалению, в интернете есть только запись «Исповеди хулигана». И счастье, что она сохранилась, эта постановка, где режиссёру (он же актёр) удалось передать «дыхание» Сергея Есенина.